15 марта в Сеуле, перед павильоном с колоколом Босингак в районе Чонно, прошёл митинг в честь Международного дня борьбы за ликвидацию расовой дискриминации (21 марта).
Митинг был организован совместно коалицией правозащитных организаций мигрантов со всей страны и прошёл под лозунгом «Новый мир без дискриминации и ненависти! Свободу и равенство мигрантам!» На трибуну выходили трудовые мигранты, молодёжь с миграционным прошлым, студенты и иностранные учащиеся. Беженский активист организации Migration to Asia Peace (MAP) Маджун также взял слово на этом мероприятии и высказался с критикой расовой дискриминации и языка ненависти в нашем обществе.
Полный текст выступления беженского активиста MAP Маджуна
Здравствуйте, я Маджун. Здравствуйте, я Захра.
Сегодня я стою здесь, чтобы рассказать о реальности, с которой сталкиваются многие из нас, — о тени расовой дискриминации и языка ненависти, распространяющейся в нашем обществе.
Я приехал в Корею, выступив против военного переворота на моей родине — в Египте. Сейчас я работаю здесь курьером-доставщиком.
В прошлом месяце, пока я стоял рядом со своим мотоциклом, ко мне подошёл корейский курьер и закричал: «Убирайся в свою страну. Зачем ты занимаешься доставкой?» — а затем вызвал полицию. Полиция проверила мой статус пребывания и ушла.
Этот случай обнажает гораздо более масштабную и структурную враждебность, которая уже породила физическое насилие в отношении трудовых мигрантов. Произошедшее — не случайность. Это свидетельство того, что мигранты и беженцы используются как политические козлы отпущения. Продолжают распространяться слухи о том, что иностранные работники отнимают рабочие места и снижают зарплаты.
Расовая дискриминация не всегда проявляется громко или насильственно. Порой она действует тихо и структурно, глубоко внутри системы.
По закону я имею право использовать «проездной документ беженца» вместо паспорта. Однако я постоянно сталкиваюсь с препятствиями и задержками. Когда я попытался зарегистрировать бизнес, административное ведомство потребовало исключительно египетский паспорт. Даже после того как Ministry of Justice (MOJ, Министерство юстиции) подтвердило мои права, мне сказали ждать ещё несколько месяцев — до тех пор, пока административные чиновники не будут уведомлены о соответствующем законе.
Когда мне было трудно и я попытался получить деньги, которые друг прислал из-за рубежа, каждый банк отказал мне, сославшись на то, что мой паспорт просрочен. Если даже признанный беженец (F-2-4) сталкивается с такими препятствиями в банках и районных администрациях, то какой кошмар переживают лица с гуманитарным статусом пребывания (G-1) и соискатели убежища?
Кроме того, отсутствие экзамена на водительские права на арабском языке стало структурной ловушкой, которая толкает мигрантов с Ближнего Востока, вынужденных водить для заработка, к вождению без прав и уголовному наказанию.
Эти формы расовой дискриминации и языка ненависти не просто ранят наши чувства и усложняют жизнь. Они разрушают наше доверие к демократии и правам человека в этой стране. И они подавляют тот положительный вклад, который мы способны вносить в это общество.
Дискриминации по признаку иностранного происхождения, по признаку статуса беженца или по признаку использования другого языка нет места нигде в нашем мире.
Поверх статуса и категории пребывания — мы все работники. Поверх границ — мы все люди.
Будем солидарны! Остановим ненависть! Построим будущее для всех! Скандируем вместе — поверх статуса и категории пребывания, мы все работники! Поверх границ — мы все люди! Мы против пересмотра Refugee Act (Закона о беженцах), который изгоняет беженцев! Остановить закрытые поправки и принять всех беженцев!